Меню
Воскресенье, 27 сентября 2020 16:16

Обзор книги Конрада Лоренца «Агрессия»

Конрад Лоренц — знаменитый зоопсихолог, лауреат Нобелевской премии. Убежденный эволюционист, один из основоположников этологии — отрасли зоологии, изучающей инстинкты. Человека Лоренц тоже считал животным, и рассматривал его наравне с другими видами.

Особое внимание Конрад Лоренц уделил изучению агрессии. В его понимании, агрессия — это не просто защитная реакция (как традиционно принято считать в психологии), а важный и нужный инстинкт, который заложен в организме изначально. Это способ взаимодействия, как внутривидового, так и межвидового.

Лоренц утверждает, что работа этого важнейшего инстинкта была нарушена. И в своей книге он пытается понять и объяснить причины этого нарушения.

О чем эта книга?

Полное название произведения звучит так: «Агрессия (так называемое ˮзлоˮ)».

Как понятно из подзаголовка, автор оспаривает точку зрения Фрейда, у которого агрессия — это «злой инстинкт», вызванный влечением к Танатосу. У Лоренца агрессия — это полезное явление, которое служит сохранению жизни.

При этом агрессия — это не только реакция на внешние раздражители. Согласно теории Лоренца, агрессивная энергия вырабатывается постоянно и непрерывно. И периодически вырывается наружу в ответ на какие-то стимулы.

Книга написана «методом индукции» — от частного к общему. Автор рассматривает поведение отдельных видов, и из этого выводит какие-то общие закономерности.

Какие функции выполняет агрессия?

Автор говорит об агрессивном поведении как:

  • О необходимости защитить занятую территорию. Яркую рыбку и громкую птицу видно и слышно издалека, а это значит, что место занято, и нужно искать другое, чтобы осесть.
  • О межвидовой борьбе. Чем быстрее убегает антилопа, тем мощнее, сильнее и прыгучее хищник. И, наоборот, чем когтистее и мощнее лапы хищника, тем быстрее антилопа и острее её слух.
  • О защите из страха (при кризисе). Когда некуда бежать, организм тоже проявляет агрессию, которая служит для сохранения вида. Поэтому курицы-наседки так яростно защищают птенцов при приближении возможной опасности.
  • О межвидовой борьбе. Страх быть пойманным или остаться голодным – это тоже вид агрессивного поведения, хоть и немного другой.

Интересны размышления автора о том, что внутривидовая борьба несёт в себе куда большую опасность, чем межвидовая. Он много говорит о пространстве и осёдлости, как об одном из факторов, провоцирующих агрессивное поведение. Слишком близкое соседство рано или поздно приведёт к внутренним конфликтам. При этом, чем больше особей одного вида живут на одной территории, тем чаще они буду проявлять агрессию в отношении друг друга.

Одновременно с этим Лоренц говорит о том, что существуют природные механизмы уменьшения агрессии. Это некие «правила поведения», заложенные мирозданием, чтобы не допустить уничтожения всего вида. И чем опаснее вид (в эволюционно-биологическом смысле), чем сильнее особи, чем острее их клыки — тем строже поведенческие рамки для этого вида.

Автор указывает несколько способов смягчения агрессивного поведения. Например, многие млекопитающие делят территорию на зоны, или охотятся по расписанию. Кошки, собаки и другие животные метят территорию, чтобы избежать неприятных столкновений и драк.

Отбор по половому признаку – ещё один способ ограничить агрессию. У птиц самки выбирают тех самцов, у которых ярче или причудливее оперение. Или отбор происходит через поединок, где по-настоящему агрессивными становятся именно те особи, кому отдаётся роль заботы о потомстве. Например, у некоторых видов обезьян это самцы, а у кур и уток более «склочными» будут самки.

Еще одним инструментом регулирования агрессии выступает иерархия. Этот принцип организации сообщества основывается на том, что каждый в обществе знает, кто сильнее, а кто слабее, то есть, когда логичнее отступить, а когда можно побороться.

Лоренц выделяет три положительные функции агрессии: распределение вида/видов по одной территории, отбор в поединках и защита пространства.

Безопасное русло, или что делать с агрессией?

Лоренц определяет несколько способов направить агрессивное напряжение в нужное русло. Одним из гениальнейших инструментов эволюции он называет переориентацию нападения. То есть, агрессия направляется не на того, кто ее спровоцировал, а на того, кого бить безопасно.

Еще есть ритуализация – повторение одних и тех же действий при возникновении определённых ситуаций, когда нужно защитить себя или потомство. Все участники ритуала выучивают эту последовательность действий и понимают, что она означает.

При частом использовании ритуализация превращается в инстинкт самосохранения, который передаётся по наследству генетически. Врождённые ритуалы тормозят агрессию и развивают социальное поведение.

Ритуал может переходить не только в инстинкт. У людей ритуалы становятся традицией, которая передаётся от поколения к поколению через обучение. Среди животных такое тоже случается, но относительно редко.

Автор много пишет о взаимосвязи ритуала, привычки, обычая и традиции. Например, если меняется привычка, то обычно это изменение несёт лёгкую тревожность и возбуждение из-за новизны, но в целом не меняет картину мира. А вот если меняется обычай или традиция, то это, в зависимости от культуры и глубины традиции, может вызвать сильный всплеск агрессии. Лоренц пишет об этом так:

«Любое отклонение от форм общения, характерных для определённой группы, вызывает агрессию, и потому члены такой группы оказываются вынуждены точно выполнять все нормы социального поведения. С нонконформистом обращаются так же скверно, как с чужаком».

Причина в том, что привычку человек формирует сам или научается от другого человека, а обычай или традиция формируются десятилетиями, передаются от значимой личности, и уже никто не помнит, откуда они взялись. Нужны годы, чтобы повторяющееся действие стало символизировать что-то, как трубка мира, например. Переломить эти глубинные установки очень трудно.

Об инстинктах и ритуалах

Инстинктам в общем и «большой четвёрке» — голоду, размножению, бегству и агрессии — посвящены сразу несколько глав книги. При этом интересно наблюдать за размышлениями о взаимодействии малых и больших инстинктов. Иногда они выполняют одну и ту же функцию — поиск и голод работают вместе, чтобы живое существо могло поесть, — или соперничают друг с другом.

Отдельно автор говорит о взаимодействии ритуалов и инстинктов. С одной стороны, когда агрессия выступает в качестве полезного инстинкта, то она не «отступает» под воздействием внешних обстоятельств (ритуалов). С другой стороны, если агрессия представляется угрозой для сохранения вида, на сцену выходят ритуалы, которые служат в качестве механизма торможения.

Например, у людей в качестве такого процесса торможения выступает спорт, ранее это были турнирные бои рыцарей, сейчас чемпионаты мира и олимпиады, когда соперники выясняют, кто сильнее, не причиняя друг другу вреда и уместно выражая свою агрессию.

У разных животных механизмы социального торможения приводятся в действие очень разными причинами. Ритуалы же возникают в результате селекции, отбора, развития и способствуют эволюции вида.

Лоренц отмечает, что важнейшими ритуалами, тормозящими агрессию, являются ритуалы умиротворения или приветствия, которые сформировались в результате переориентации атакующих движений. Дружеские и семейные узы также служат одним из сильнейших ритуалов сдерживания агрессивного поведения.

О взаимодействии сообществ

Лоренц подробно рассматривает, какие формы взаимосвязи между живыми существами бывают, и какими признаками они обладают:

  1. Анонимная стая – особи одного вида собираются в группу и действуют вместе. Такая форма – это одновременно и слабость, и сила. С одной стороны, большое сборище – это лёгкая добыча, а с другой, большая группа – это возможность отразить атаку врага. Например, хищным рыбам, которые привыкли охотиться на одиночные жертвы, трудно нападать на большую стаю маленьких рыб.

Автор говорит, что анонимное скопление – это первая форма сообщества, в которой нет структуры. Он предлагает рассмотреть, как в таком сообществе проявляется агрессия каждого отдельного члена стаи, всей стаи в целом, как она реагирует на внешнюю агрессию, и как на внутреннюю. Вообще же для стайных животных типично отсутствие каких-либо проявлений агрессивности, а вместе с тем и отсутствие индивидуальной дистанции.

  1. Связь между особями – когда есть личная связь, так называемые семейные узы, но нет личной привязанности. Лоренц называет это избирательным привыканием.
  1. Коллективная борьба одного сообщества против другого. Лоренц рассматривает ее на примере взаимодействия крыс. Внутри своего сообщества каждая особь внимательна и заботлива к окружающим, но к особям других сообществ агрессия достигает такого уровня, что может привести к убийству. При этом члены сообщества в большинстве не имеют личных связей, узнавание происходит по каким-то признакам (например, запаху).
  1. Межличностные отношения. В создании крепкой групповой связи участвует индивидуальность каждого её участника, происходит личное узнавание вне зависимости обстоятельств и места обитания. 

Лоренц говорит о пра-форме семьи, когда две особи живут вместе и заботятся о потомстве сообща. При этом происходит изменение реакций на внешние и внутренние раздражители. Поведение обоих партнёров становится очень идеализированным. Находится место ритуалу умиротворения (у людей это улыбка, например) именно благодаря тому, что рядом только один партнёр.

Почему мы не можем принять агрессию в себе?

Автор уделяет этому много внимания, и выделяет несколько причин: 

  1. Неприятие эволюции.
  2. Неприятие того, что у нашего поведения есть естественные причины.
  3. Восприятие мира как мира ценностей – материальных и духовных.
  4. Антипатия к зависимости от законов природы.
  5. Почтение по отношению к предкам: каждая ступень эволюции – это дополнительная ценность человека как человека.

Опасность неадекватного проявления агрессии зачастую возникает в случае неспособности анализировать социальные процессы и понимать их причины. 

А что же человек?

У человека больше способов нивелировать агрессию. Он, в отличие от животных, может задаваться вопросом о последствиях своих поступков, то есть у человека существует понятие моральной ответственности. И мораль, и запрет на убийство в большинстве случаев помогает держать баланс между враждебностью и активным проявлением агрессии. 

Какие выводы делает Лоренц?

  1. Агрессию нельзя исключить, избавляясь от раздражающих ситуаций или навесив на неё штамп морали, но перенаправить можно.
  2. Чтобы понять причины нарушения инстинкта, нужно понять зачем он нужен.
  3. Основные методы торможения агрессии у животных и людей – ритуализация, переориентирование, а также спорт, воодушевление, изучение чего-либо и споры вокруг искусства и науки.
  4. Человек, способный к самоанализу, в состоянии намеренно переориентировать агрессию в подходящем направлении.

Агрессия – это мощная энергия, и куда она будет направлена — на созидание или разрушение, — зависит от внешних и внутренних условий существования, как у животных, так и у людей.

Список использованных источников: Лоренц К. Агрессия. — Издательская группа «Прогресс», 1994.

Автор: Ольга Добрынина

Редактор: Чекардина Елизавета Юрьевна


Купить в Литрес Купить в OZON Купить в Лабиринте

Если вы заметили ошибку или опечатку в тексте, выделите ее курсором и нажмите Ctrl + Enter

Не понравилась статья? Напиши нам, почему, и мы постараемся сделать наши материалы лучше!



Прочитано 494 раз

Подписывайтесь на наши страницы в соцсетях, чтобы быть в курсе новостей:


На лучшие статьи по психологии, вышедшие за последнюю неделю.

октября 24, 2016

Депрограммирование: новое направление в практической психологии

Что нового в психологии в отношении практической ее части? На чем основано психологическое депрограммирование? В чем заключается естественная эволюция представлений о психике? Предпосылки к созданию системы психологического депрограммирования. Относительно…
мая 30, 2020
Кларк Леонард Халл

Кларк Леонард Халл: гипотетико-дедуктивный метод и теория научения

Несмотря на то, что в необихевиоризме, очевидно, есть много белых пятен, вклад Кларка Леонарда Халла в мировую психологию сложно переоценить. Вместе с тем история его жизни и профессионального становления не менее известна, чем его труды. Проблемы со…
февраля 23, 2020
Принстонский эксперимент: «Добрый самаритянин»

Принстонский эксперимент: «Добрый самаритянин»

Религия традиционно считается благом для человечества. Ведь она делает людей лучше, чище, добрее. Так думают многие, но действительно ли религиозные люди более склонны помогать другим в беде? Думая о Боге и о спасении своей души, становятся ли они более…
вверх